Граф Федор Григорьевич Орлов (1741-1796)

 

Граф Федор Григорьевич Орлов был четвертым из знаменитых братьев Орловых.  Они ласково звали его Дунайкой.  Он был умен, а живость его характера уживалась с ответственностью и чувством долга, поэтому неслучайно императрица назначила Федора Григорьевича  обер-прокурором в Правительствующий сенат.  После восшествия на престол Екатерины II Федору был пожалован графский титул и чин генерал-аншефа.

Федор Орлов вместе с братом Алексеем стал участником  русско-турецкой  войны и знаменитого Чесменского сражения. Он сражался как раз на корабле «Евстафий», потопившем турецкий флагман.  За этот бой Федор Григорьевич Орлов был пожалован орденом святого Георгия II степени.

В подмосковной «Отраде» младшего брата Владимира  на специальном столике лежал  обугленный кусок дерева с корабля «Евстафий», напоминая о Чесменском  сражении и участии в нем братьев  Алексея и Федора Орловых. Сейчас этот памятный кусок дерева  хранится в Историческом музее Москвы.

 

Братья Алексей и Федор Григорьевичи Орловы своими морскими победами оставили о себе память на греческих островах  Спецес и Лемнос, освобождая острова от турок. Греки подвигов братьев Орловых не забыли, назвав одну из улиц острова Лемнос их именем.

Алексей и Федор Орловы сражались, в первую очередь, за интересы своего Отечества. России в XVIII веке, как и позже,  жизненно необходимы были выходы в Черное и Средиземное моря. Братья Орловы словно угадали, что этих выходов в дальнейшем может и не быть, поэтому купили на свои деньги бухту Вильфранш в небольшом средиземноморском городке на юге Франции, заплатив за аренду на 50 лет вперед, и передали бухту в российскую казну. 
Бухта до сих пор именуется «Бухтой Орловых». Там в течение 58 лет располагалась военно-морская база Российского Императорского флота, а позднее - научная станция по изучению Средиземного моря.

После  Чесменской победы братьев восторженно принимали в Англии. Все английские газеты 1771 года писали о братьях Орловых, младший Владимир  шутил по поводу написанного:

«Подлинно, Алехан,  ты описан в английских газетах. Конечно, так хорошо, что едва можно тебя между людьми считать.  «Из всех, кого я знаю, как через книги, так и персонально, нет, - говорит сочинитель, - ни одного, который бы так близко к совершенству подходил», как Ваше Сиятельство. А Федю, моего голубчика, также изрядно похваляет, но поставил в довольном расстоянии от тебя, сказав, что брат его меньшой во многом ему не уступит. Если бы я, Алехан, тебя описывал, то не прогневайся, чтоб я вообще сказал: Федя тебе ни в чем не уступит, разве в одном упрямстве».

После Чесменской победы у Федора Орлова впереди были еще 26 лет мирной жизни, но он так и не женился.  Веселый и «добрый малый», он вел жизнь беззаботную под девизом «лови минуту», сочувствуя словам Дон Жуана, что «человек, верный одной красавице, жесток для всех прочих».

Но собственный  дом-дворец  всё же купил, перестроив по своему вкусу.  Дворец в Нескучном саду, на берегу Москва-реки.

В Подмосковье у него была усадьба «Нерасстанное», рядом с «Отрадой» младшего брата Владимира. Братья вместе охотились на зайцев, встречаясь в полях между двумя усадьбами, а трофеи «обмывали» в охотничьих павильонах огромного парка на правом берегу Лопасни.

      

Несмотря на то, что Федор так никогда и не женился, у него было семеро воспитанников.  О них Федор Григорьевич перед смертью позаботился. По его прошению императрица даровала всем воспитанникам дворянское звание, право носить фамилию Орловых и пользоваться фамильным орловским гербом.

Скончался  Федор Григорьевич Орлов в возрасте 55 лет и похоронен в семейном склепе-усыпальнице графов Орловых в подмосковной «Отраде».     

Над его гробом была установлена медная доска: «Граф Федор Григорьевич Орлов. Из пяти братьев по старшинству четвертый. Родился 8 февраля 1741 года, скончался в Москве 17-го мая 1796 года, 55 лет, к сокрушению друзей и всех честных людей. Служил 40 лет; был генерал-аншеф, действительный камергер, орденов российских Святого Александра Невского и Святого великомученика и Победоносца Георгия, большого креста второго класса, кавалер.  Находился в разных сражениях: в семилетнюю войну против пруссаков, потом под предводительством брата своего большого - графа Алексея Григорьевича Орлова-Чесменского во флоте, действующем в Архипелаге против турок, сделал высадку в греческой провинции Морее, с горстью людей взял несколько крепостей».

Текст Нины Симоненко 

****

Воспитанники графа Федора Григорьевича Орлова:   

Владимир, Алексей, Михаил, Григорий, Елизавета, Федор и Анна.

1. Владимир Федорович Орлов 1775-1797

Е.Н. Орлова, ур Раевская в письме графу В.П.Орлову-Давыдову сообщает, что старший воспитанник Федора Григорьевича Орлова - Владимир от «княжны, которую вы знаете». Граф Ф.Г.Орлов, еще не окрестив воспитанника, поторопился купить несколько имений «для своих незаконных детей». Но их еще в помине не было, все дети родились позже! Т.е. Федор торопился ради этого первого Владимира. Не от «княжны ли Володимерской» этот воспитанник? И не сын ли он брата Алексея?

 Вот это письмо Е.Н.Орловой-Раевской.

«Граф Федор имел сына от княжны, которую вы знаете, который умер к 20 годам, перед этим граф без получения имени или состояния, еще до крещения, а его имя Владимир – купил в собственность Кубенское, Милятино и Нерастанова  для своих незаконных детей (мои Орловы). Нерастанова принадлежало моему деверю Григорию и продано графине Анне. Мой муж был в возрасте 8 лет, когда умер граф Федор. Он отлично помнил, как его и других детей, которых собрали подле умирающего отца, отец благословил и молвил: «Живите дружно – мы дружно жили с братьями и нас сам Потемкин не сломал».

Он, должно быть, умер в Москве. Но я свяжусь  с Безобразовым, чтобы получить что-нибудь еще, какие-нибудь детали и сообщить их в точности вам. Примите мои уверения в дружбе, дорогой кузен, и будьте добры передать их моей кузине Ольге и вашей очаровательной и достойной дочери Марии.

18 января 1876 года. Орлова-Раевская».

Источник: РГБ ОРР. Фонд 219 Орловы-Давыдовы, к.58, е.х. 21.

 2. Князь Алексей Федорович Орлов (1786-1862)

Алексей Федорович Орлов рожден Елизаветой Михайловной Поповой, ур. Гусятниковой. Человеком он был незаурядным - один из всех воспитанников графа Федора Григорьевича возведен сначала в графское достоинство, затем в княжеское. Титул он заслужил, как говорится, верой и правдой.

Наделен Алексей был многими достоинствами. О его смелости и отваге известно с войны 1812 года, о его удали тоже все наслышаны (свечу зажженную тушил пистолетным выстрелом со ста шагов, тарелки серебряные закручивал в рулоны).

В связи со службой Алексея как главы III отделения, его называли ярым консерватором, душителем свободы и «всех пламенных идей». 

Но многие забывают, что граф А.Ф.Орлов отлично проявил себя на дипломатическом поприще. Обладая живым умом, тонким юмором, Алексей был хорошим психологом, быстро вникал в суть проблемы, умел в нужный момент выбрать правильную тактику в ходе переговоров, и результаты его работы были  потрясающими.

«Я не могу даже сказать, как я доволен Орловым; он, в самом деле,  действует так, что удивляет меня, несмотря на мое расположение к нему», - писал Николай I. Алексей Орлов на переговорах в Стамбуле завоевал расположение не только турок, но и их султана. При подписании мирного трактата 1856 года, который фиксировал  поражение России в войне, Орлов сумел придать документу настолько достойный вид, что французский посол удивлялся: «Никак нельзя сообразить, ознакомившись с этим документом, кто же тут победитель, а кто побежденный?»

«Орлов был гораздо более гибким человеком, чем Николай I, гораздо более умным человеком, чем Нессельроде, и гораздо более осторожным, чем Меншиков». (Тарле Е.В. «Крымская война». Т.1, стр.145. М., Л., 1950)

По замечанию барона Корфа, Орлов «едва ли кому делал зло, не упуская никакого случая делать добро». (Лемке М., стр. 158. «Николаевские жандармы и литература 1826-1855». СПб, 1908г.)

Алексей просил императора за брата-декабриста. Николай I, намереваясь повесить Михаила Орлова, сменил казнь высылкой в имение. В благодарность Алексей Федорович  поклялся посвятить свою жизнь государю и сделал это, став для того близким, почти незаменимым человеком.  

«У Алексея был совершенно русский ум: много догадливости, смышлености, сметливости, он рожден был для одной России, в другой земле не годился бы он». (Вигель. Ф.Ф. Воспоминания. «Русский вестник». 1864, №12, с. 291.)

«Он был одарен от природы отменными способностями ума, легко приобрел опытность, нужную при дворе, и в сем отношении без сомнения превзошел всех соперников своих. Он чувствовал себя выше многих, отчего не имел надобности ни с кем дружиться или ссориться, никому не перебивал места. Он всегда умел добрым обхождением возбудить усердие подчиненных.  Он шел прямо к цели, пренебрегая обыкновенными путями искательства, не пристал ни к чьей стороне и остался при своем образе мыслей, независимым от других. Граф Орлов домогался важнейшего – звания любимца государя, коего и достиг». (Муравьев Н.Н. См. упомянутую книгу).

На смертном одре Николай I поручил его особому вниманию наследника и назначил графа исполнителем духовного завещания.

По свидетельству Сологуба В.А., в старости ум его (Орлова А.Ф.) ослабел, память ему изменила, и он находился в состоянии близком к помешательству; тем не менее, все относились к нему с большим почтением, и проживавшие в провинции его бывшие знакомые или подчиненные считали, бывая в Петербурге, своею обязанностью его посетить».

 3. Михаил федорович Орлов (1788-1842)

Михаил Федорович Орлов – младший брат графа Алексея Федоровича, они оба рождены одной матерью, вдовой Поповой, ур. Гусятниковой Елизаветой Михайловной. Но судьбы братьев сложились по-разному.

Если старший Алексей стал приближенным императора Николая I, а потом и Александра II, получил титул графа, а потом князя, дожил до преклонных 75 лет, то Михаил прожил без титулов и недолго – 54 года.

Он обрел известность как декабрист, знакомец А.С.Пушкина, участник войны 1812 года. В 1814 году именно Михаил Орлов подписывал с русской стороны акт о капитуляции Парижа, был награжден золотой саблей «За храбрость», орденом  святого Георгия 4-го класса, орденом святой Анны 2-ой степени с алмазами, святого Владимира 3-й степени и тремя иностранными орденами.

Начинали братья Алексей и Михаил одинаково. Оба храбрецы и удальцы, кавалеры многих наград за смелость.

Почему же дальше дороги братьев Михаила и Алексея разошлись?

«Завидна была их участь в юности; завиднее ее не находил я. Молоды, здоровы, красивы, храбры, богаты, но не расточительны, любимы, уважаемы в первых гвардейских полках, в которых служили, отлично приняты в лучших обществах, везде встречая нежные улыбки женщин, - не знаю, чего им недоставало. Судьба, к ним столь щедрая, спасла их даже от скуки, которую рождает пресыщение: они всем вполне наслаждались. Им бы стоило только не искушать фортуну напрасными затеями, а с благодарностью принимать ее дары.

Старший брат, Алексей, так и делал. А второму, Михаилу, исполненному доброты и благородства, ими дышащему, казалось мало собственного благополучия: он беспрестанно мечтал о счастии сограждан и задумал устроить его, не распознав, на чем преимущественно оно может быть основано. <…> Он, как ладья, тяжелым грузом дум обремененная, отважно пустился в море предприятий и расшибся о первый же подводный камень».  (Ф.Ф.Вигель)

Вернувшись с войны 1812 года героями, представители воевавшего поколения ожидали, что им найдут применение в своем отечестве, и они получат достойные должности, обладая жизненным опытом, побывав за границей, начитавшись литературы о французской революции. Но император Александр I рассудил иначе. Оберегая Россию от западных либеральных идей, он остерегался и наших героев, вкусивших «воздуха свободы». Все они, вернувшись из заграничных походов, остались не у дел, отправлены на пенсию, на отдых. Многие взроптали, стали собираться в тайные общества. Среди таких оказался и Михаил Орлов. В Кишиневе он примкнул к членам Южного тайного общества, стал играть в нем заметную роль. Мог бы даже возглавить тайную организацию. Но воспротивился его тесть, Раевский Николай Николаевич старший, который отдал за Михаила свою дочь Екатерину. Отец беспокоился о судьбе дочери и будущих внуков…

Но совсем вырвать Михаила из тайного общества Раевский не смог.  Дочь Раевского Екатерина поддержала  устремления своего мужа быть членом тайного общества. Не зря же ее за сильный и властный характер и за либерализм воззрений, как заметил П.В.Анненков, прозвали Марфой Посадницей. Ее самолюбие тешило, что их дом – полная чаша, открыт для друзей, которые ежедневно спорят до хрипоты, читают стихи, философствуют. Вот строки из ее письма: «У нас беспрерывно идут шумные споры – философские, политические, литературные и другие; мне слышно из дальней комнаты».

Михаил Федорович Орлов в кругу семьи с домашними был мягок и уступчив. Это для врагов Отечества он был грозным воином, а своей жене всегда уступал. А.С. Пушкин на полях своих черновиков нередко рисовал  чету Орловых, подмечая подчас такие детали, которые о многом говорили без слов.  Поэт на первом плане всегда изображал Екатерину Николаевну с ее железным профилем. За ней – Михаила Орлова, который слегка выглядывал из-за ее головы. Михаил всегда словно был на вторых ролях, и мужественный, волевой профиль супруги заслонял лицо мужа.

Г.Олизар на своих теневых картинках, модных в то время, запечатлел  сватовство Михаила к Екатерине.  На них недвусмысленно изображена лидирующая роль невесты: вот жених с цветами, Екатерина с веником и замахивается на жениха. Вот он покорно держит пряжу, сидя у ее ног, а она сматывает клубок. То есть все отмечали, так или иначе, кто в доме хозяин.

В семье Раевских не все были рады декабрьскому восстанию. Отец Екатерины  отговаривал Михаила становиться во главе Южного общества. Младший брат ее резко отрицательно относился к мужу младшей сестры Марии – декабристу С.Г.Волконскому, если не сказать, что просто его ненавидел.  Но Екатерина Николаевна, «наша Марфа Посадница», приветствовала декабрьский мятеж. Она говорила, что поступила бы, как сестра, и отправилась бы за мужем в Сибирь.  Хотя неясно, чего тут больше, любви к супругу или эпатажа. (Известно, что Мария Волконская-Раевская не любила мужа и, по свидетельству декабриста Якушкина, в ссылке родила детей от декабриста Поджио).

1825 год разрушил жизнь Михаила Федоровича Орлова.  Прожил он мало, не оправившись от шока после наказания, и, хотя избежал казни, в душе его она совершилась. Ведь был и стыд оттого, что брат хлопотал, что потом пришлось тихо жить под надзором полиции в Калуге, когда его собратья по восстанию отправились в Сибирь. Все переживания, связанные с этим, не прибавили ни душевного, ни физического здоровья.

Отшумев, отспорив, пообщавшись с полицейскими чинами, наш Михаил Федорович обратился теперь к простым радостям жизни: семейному очагу, природе, к домашним животным и уходу за ними, к земле. «Укатали Сивку крутые горки»… И когда редактор журнала «Русский инвалид» Воейков решил, что настало время бывшему декабристу М.Ф.Орлову вновь вернуться на литературное поприще и показаться на люди, Орлов написал: «А.Ф.Воейкову отвечаю – нет! Не хочу выходить на поприще литературное и ни на какое! Мой век протек, и прошедшего не воротишь. Да мне и не к лицу, и не к летам, и не к политическому состоянию моему выходить на сцену и занимать публику собою. Я счастлив дома, в кругу семейства моего, и другого счастия не ищу. Меня почитают большим честолюбцем, а я более ничего как простой дворянин. Ты же знаешь, что дворяне наши, особливо те, которые меня окружают, не великие люди! Итак, оставьте меня в покое с вашими предложениями и поверьте мне, что с некоторою твердостию души можно быть счастливым, пахая землю, стережа овец и свиней и делая рюмки и стаканы из чистого хрусталя».

Умер Михаил Федорович Орлов в 1842 году и похоронен на Новодевичьем кладбище Москвы. Его жена Екатерина пережила мужа на 43 года и была похоронена рядом с ним. На могиле декабриста М.Ф.Орлова нет креста, на его смерть сочинил стихотворение пастор на немецком языке.

Когда Ф.Ф.Вигель в своих «Записках» писал об Алексее Орлове, что «он рожден был для одной России», следующей фразой «Записок» была: «В Михаиле почти все заимствовано было у Запада: в конституционном государстве он равно блистал бы на трибуне, как в боях; у нас под конец был он только сладкоречивым, приятным салонным говоруном».

У четы Орловых остались дети. Сын Михаил и дочь Анна.

Текст Нины Симоненко

****** 

 4. Григорий Федорович Орлов (19.04.1790-27.09.1850)

У князя Алексея Федоровича (шефа жандармов) и Михаила Федоровича (декабриста) был младший брат Григорий Федорович (1790-1850). Он рожден Елизаветой Михайловной Поповой, ур. Гусятниковой,  воспитывался в пансионате аббата Николя. Получив хорошее образование, Григорий стал военным. В 1810 году он оказался в числе семи тщательно отобранных офицеров для вновь образованной Экспедиции секретных дел, которая стала прообразом современной военной разведки, и Григорий Федорович Орлов был у истоков этой службы.

Г.Ф.Орлова направили в Берлин, где послом России был Х. Ливен. Но в 1812 году началась Отечественная война, она сломала планы многих людей. Орлов Г.Ф. стал непосредственным ее участником, вернувшись в Россию. Он воевал под Бородино, как и его братья Алексей, Михаил и Федор. Все они проявили себя храбрецами: «Из четырех братьев Орловых в день Бородина уцелел только один. Двоим отпилили ноги, третий изранен пиками» (Ф.Глинка «Письма русского офицера», 1812 г.)

Григорий в звании полковника в возрасте 22 лет вышел в отставку. Но жизнь его на этом не закончилась. Григорий Федорович женился на Вирджинии Вентцель, актрисе парижского театра комедии (с 1816 по 1829 год). В 1838-39 годы у Вирджинии был салон в Италии. Григорий, как и все Орловы, был хорош собою, так что смог покорить сердце красавицы, даже потеряв одну ногу. Скончался Григорий Орлов в возрасте 60 лет и был похоронен во Флоренции рядом с супругой, умершей на четыре года раньше.   У Григория Федоровича Орлова была дочь Антуанетта (1816-1889). В некоторых источниках есть упоминание, которое требует уточнения, о сыне Григории.

 Текст Нины Симоненко.

***

 5. Елизавета Федоровна Орлова (1791-1796)

младенец. Рождена Елизаветой Михайловной Поповой, ур. Гусятниковой. Похоронена за алтарем главного собора Донского монастыря.

***

 6. Федор Федорович Орлов (1792-1834)

Федор был пятым воспитанником графа Федора Григорьевича Орлова и рожден был Татьяной Федоровной Ярославовой в 1792 году. Когда умер его отец, Федору было четыре года, воспитывала его мать.  Федор отличался от старших братьев, был горяч, несдержан, к тому же страстный игрок в карты. Современники сохранили о Федоре свои воспоминания, в которых рассказывали о его попытке самоубийства в 1812 году.

«Ф. Ф. Орлов начал службу в конной гвардии, но по какой причине: по любви ли, или вследствие проигрыша, ему пришла мысль застрелиться, и он предпринял исполнить это с эффектом, и особом наряде и перед трюмо. Сильный заряд разорвал пистолет, и пуля прошла через подбородок в шею. Его вылечили, но шрам был очень явствен. Он был переведен тем же чином, корнетом, в Сумский гусарский полк, и в 1812 г. очень часто приходилось ему быть ординарцем у Дохтурова, где я с ним и сблизился по одному случаю. Алексеев же в это время был в Мариупольском гусарском полку, в одной бригаде с Сумским. Оба были известны своей отвагой, в потому как бы сдружились. В 1813 г. Ф. Ф. Орлов был переведен в лейб-гвардии уланский полк. Орловых было четыре брата: Алексей и Михайло от одной матери, Григорий и Федор — от другой; оба последние потеряли по ноге в 1813 г.»  И. П. ЛИПРАНДИ. ИЗ ДНЕВНИКА И ВОСПОМИНАНИЙ.

Провидение оставило жизнь Федору Федоровичу, чтобы он проявил свое геройство на поле брани. Федор Орлов стал участником Отечественной войны 1812 года и проявил себя в сражениях героем. Особенно он, двадцатилетний юноша, отличился в Бородинском сражении. Когда его старший брат Алексей остался пеший среди неприятельской конницы, и под ним была убита лошадь, «брат его Федор Орлов, служивший в одном из гусарских полков, подскакав к французской коннице, убил из пистолета неприятельского офицера перед самым фронтом», тем самым выручив Алексея. В другом бою Федор, «завидя наступление французской конницы, с эскадроном врубился в центр ее». Обо всех его подвигах сообщают в своих воспоминаниях многочисленные свидетели-очевидцы. За храбрость в боях с французами Федор Орлов был награжден орденом святого Георгия 4 класса. В сражениях Федор был ранен и потерял ногу, но службу не оставил, в 1820 году он служил в лейб-гвардии уланском полку полковником, хотя фактически уже не в строю, а находился при брате Михаиле Орлове.

К Михаилу Федор был, по-видимому, очень привязан. Под его влиянием даже вступил в масонскую ложу «Соединенных друзей», но к политическим разговорам брата Михаила относился скептически, предпочитая им партию в бильярд. В 1823 году Федор уволился со службы «за ранами и с мундиром». Если вспомнить его довоенные ранения (лицо, шея, плечо), потом потерянную на войне ногу и простреленную навылет руку, то станет понятно, почему он скончался так рано - в возрасте 42 лет. О его смерти сообщил в 1834 году в «Московских ведомостях» все тот же  брат Михаил, объявив, что отказывается от приходящейся ему части имения, «предоставляя оную на уплату кредиторов», понимая, что после Федора остались только многочисленные карточные долги.

Федор Орлов был знаком с А.С.Пушкиным, который собирался сделать его героем своего нового романа «Русский Пелам» о дворянине-разбойнике. Познакомились они в Кишиневе, и знакомство их носило близкий приятельский характер. Но замысел так и остался неосуществленным.  Зато сохранились многочисленные воспоминания-предания о проделках Федора Орлова в Ярославле, куда он перебрался к своей родной младшей  сестре Анне, бывшей замужем за губернатором Безобразовым. Рассказы эти передавались из уст в уста, так как в городе все знали Федора Орлова, и его проделки вызывали смех у горожан. Например, рассказывали, как однажды он попросил у священника рясу, чтобы примерить на себя, а потом убежал в этой рясе и забрался на бочку с вином, которую везли в телеге, прокатившись в таком виде по всему городу, вызывая смех горожан. Все его проделки были в том же духе.

Текст Нины Симоненко

Источник портрета Ф.Ф.Орлова:  Федеральное государственное бюджетное учреждение культуры "Государственный Ростово-Ярославский архитектурно-художественный музей-заповедник"

******

7. Анна Федоровна Орлова (1793-1830)

Об Анне Федоровне Орловой, в замужестве Безобразовой, известно, что она была рождена Татьяной Федоровной Ярославовой, в 1813 году сбежала от матери к сенатору А.М.Безобразову, родила ему пятнадцать детей и скончалась в возрасте 37 лет в 1830 году.

****

 







 

почта