Граф Иван Григорьевич Орлов

Рассказывая о хозяине усадьбы «Отрада» графе Владимире Григорьевиче Орлове, невозможно не упомянуть о его четырех братьях, тем более что все пятеро  жили между собой на редкость дружно. Они не просто часто навещали друг друга, бывало, что один из них подолгу жил в семействе у другого. Так случалось с Федором, у которого какое-то время не было своего дома - не успел еще построить.  Он жил в семье Владимира, в доме на Большой Никитской улице.                              

Когда Григорий заболел, и братьям стало ясно, что болезнь тяжелая, они перевезли его в Москву и ухаживали за ним до его кончины, поселив у Алексея.  То, что братья жили «одним кошельком» говорит очень о многом.   Поэтому неудивительно, что земли в Хатунской волости были пожалованы Екатериной II Алексею, а строить свое имение «Отрада» на этих землях  начал младший Владимир. 

Братья вели обширную переписку друг с другом, когда не было возможности встретиться, навещали при первом удобном случае, следили за успехами своих племянников и племянниц, давали им советы, дарили подарки.

Конечно, историкам и краеведам очень жаль, что практически всю интимную переписку младший из братьев Орловых, как последний оставшийся в живых, сжег. Но можно его понять - не хотел он, чтобы посторонние читали личные послания дорогих ему людей и делали свои, порой поспешные, выводы. 

Граф Владимир, как известно, был очень сдержан и не особенно охотно пускал посторонних в свою жизнь. В личных дневниках предпочитал больше описывать красоты окрестностей, цветы и травы, нежели обсуждать встреченных на его жизненном пути людей.   Но, к нашему счастью, кое-какие воспоминания и документы всё же остались.

   

                                   

Все братья Орловы свято  чтили старшинство. Поэтому самым уважаемым в семействе был старший Иван.   Когда он входил в комнату, остальные братья вставали и ждали его позволения сесть. Иван в свои 13 лет когда-то заменил остальным умершего отца.

Братья с почтением обращались к Ивану и в своих письмах, всегда слушали его мудрые советы. Да и человек он был, судя по всему, умный, сметливый и хозяин рачительный.

Родился Иван Григорьевич в 1733 году, окончил Шляхетский корпус, служил унтер-офицером в пехотном гвардейском полку, участвовал вместе с братьями в перевороте 1762 года. Получив от Екатерины ежегодную пенсию в размере 20 тысяч рублей, он вышел в отставку лейб-гвардии капитаном, посчитав, что для счастливой и спокойной жизни этого  вполне хватит.

Приобретя имения на Волге, в Симбирской губернии, дом в Москве в аристократическом районе, на Пречистенке, он занялся их обустройством, в чем преуспел. Ему приятны были  простые радости жизни: охота на зайцев, вкусный обед, общение с родными, близкими людьми. И делами потихоньку занимался: был в имении у Ивана Григорьевича свой конный завод, лесопилка.  Хозяйство его процветало, за что он не забывал благодарить Бога и  строил на своих землях храмы. О своих крепостных Иван Григорьевич тоже заботился. Есть архивное свидетельство, что уже в 1771 году он открыл в своей Симбирской вотчине госпиталь для бедных, затратив на это более 20 тысяч рублей.

В Петербурге такие больницы появились лишь 8 лет спустя, а в губернских городах и того позже. Содержал Иван Григорьевич этот госпиталь, пока сам был жив, то есть 20 лет.

 

На берегу Волги у Ивана Григорьевича Орлова было любимое имение в селе Головкино. Летом 1767 года Екатерина II, путешествуя по Волге на галере «Тверь», заезжала в гости к Ивану Григорьевичу. Существует предание, по которому местные жители усыпали всю дорогу (12 км) от пристани до села солью и прокатили императрицу на санях летом. Соль ведь была главным промыслом тех мест.

                                    

Екатерина II переночевала в селе в новом доме-тереме, специально построенном к ее приезду, и  удивлялась процветающему краю, достатку мужиков, огромным стерлядям и осетрам, водившимся в Волге. Дивилась она и тому, что «земля черна, как в огороде», в лесу всюду «цвели розаны», а по берегам Волги ходили розовые фламинго.  Неужели все это, действительно, было?

По возвращению в Петербург  императрица, довольная приемом, выделила деньги на постройку каменного дворца и церкви, освободив на 3 года от подати крестьян-строителей. Дворец и церковь были построены по проекту архитектора Баженова. Они были украшением края до самой революции.

Гордостью был колокол весом 800 кг, диаметром нижней части 108 см. Надпись на колоколе  гласила, что он подарен графу Ивану Григорьевичу Орлову и его супруге Елизавете Федоровне императрицей Екатериной II. Поверхность колокола украшена рельефами на Евангельские темы.

                                               

В Москве на Малой Никитской сохранился дом отца братьев Орловых. Им принадлежало несколько домов по правой стороне улицы. Иван Григорьевич перестроил на свои средства обветшавшую церковь Великомученика Георгия на Всполье, прихожанами которой были родители братьев.

А вот об орловском доме на Пречистенке в Москве сохранились любопытные воспоминания современников.

«Рядом с Хованскими жила графиня Елизавета Федоровна Орлова. Дом стоял, по обычаю, в глубине двора, а в летние месяцы у решетки сада сидела не менее популярная в Москве «дура Матрешка», всегда носившая на голове какой-то чудовищный убор из перьев. Нарумяненная, с подведенными бровями и в старом бальном туалете графини с громадным вырезом, Матрешка здоровалась с проходящими, вступала в разговоры, посылала воздушные поцелуи. Однажды она вступила в беседу с самим Александром I, проезжавшим с адъютантом по улице. Ее задорный возглас: «Бонжур, мон шер», - привлек внимание, и адъютант был послан узнать, что это за чудище выглядывает из-за решетки.

 - Я орловская дура Матрешка, - рекомендовалась та на всю улицу.

Дура получила в подарок 100 рублей на румяна».

Умер И.Г.Орлов в 1791 году в возрасте 53 лет и был похоронен в фамильном склепе Орловых в Отраде.

Его супруга Елизавета Федоровна, урожденная Ртищева,  пережила мужа на 45 лет.  Потомков супруги Орловы не оставили, хотя имели воспитанника Ивана Федорова.

Интересна одна красноречивая деталь, свидетельствующая о характере взаимоотношений братьев Орловых. Вдова Ивана Григорьевича была не слишком умелой хозяйкой, ее окружали многочисленные приживалки, старушки, девушки, которые потихоньку грабили ее, живя за счет барыни. Елизавета Федоровна делала многочисленные долги, которые не была в состоянии оплатить. Прожила она долго, когда из пятерых братьев Орловых остался среди живых лишь Владимир. Но он не оставил бедную вдову своего брата без помощи, оплачивал ее долги и заботился о старушке до последних дней ее жизни. Похоронена Елизавета Федоровна Орлова на Донском кладбище Москвы. И могила ее отлично сохранилась до наших дней.

                                   

 

                                                        







 

почта